Д. Галковский, "Есть или не есть?" (воображаемый диалог с шестидесятником)

"– ...Ваши любимые поэты, писатели?

– Женя Евтушенко, Андрюша...

Нет, я имею в виду классическое наследие. Кто вам всего ближе из плеяды русских поэтов-классиков?

– Мандельштам и Пастернак, конечно.

А из прозаиков?

– Пастернак с его бессмертным "Доктором Живаго" и Мандельштам с великой и загадочной "Египетской маркой".

Понятно. А из литературных критиков?

– Осип Мандельштам с его тончайшими эссе о русской поэзии 20-х годов.

Ну, а из деятелей мировой культуры?

– Конечно, "Фауст" Гёте в блестящем переводе Бориса Пастернака.

А нравственная позиция. Кто вам ближе всего по взглядам на человеческую природу, на...

– Конечно, Пастернак и Мандельштам, сделавшие тяжкий выбор и принявшие Октябрьскую революцию. Именно на них, оставшихся в стране и выносящих на своих плечах крест нравственного подвига, можно сказать, зиждется Россия. Это "семь праведников", из-за которых наша страна не рухнула в преисподнюю, а осталась существовать. Это самые великие, самые трагические фигуры русской истории.

Если уж речь зашла о трагедии, то к кому из русских деятелей культуры, на ваш взгляд, судьба отнеслась наиболее несправедливо?

– Во-первых, к Осипу Мандельштаму, замученному в сталинских лагерях. Во-вторых, к насмерть затравленному Борису Пастернаку. Их имена, не смотря на колоссальный вклад в развитие российской и мировой культуры, фактически замалчиваются.

А кто ещё, кроме Пастернака и Мандельштама, для Вас интересен? Как Вы, например, относитесь к творчеству Иосифа Бродского?

– О, Бродский! Я его ценю очень высоко. Это одновременно и Борис Пастернак и Осип Мандельштам."

Мне давно интересно, откуда похожие проблемы у людей сейчас. Еще студенты правда знают Булгакова и Стругацких. Кафка — в тяжелых случаях.